Глава 12
Берег был без горизонта.
Не туман. Просто там, где должна была быть линия между водой и небом, не было ничего. Вода уходила вперёд и становилась небом. Или небо опускалось и становилось водой. Без перехода. Без границы. Одно серое. Везде. Бесконечно.
Rhacnbyf стоял на полосе тёмного песка. Смотрел.
Никакого ветра. Никаких волн. Вода была как стекло. Как поверхность чего-то, что никогда не двигалось и не собиралось. Абсолютно ровная. Абсолютно тихая.
Он понял, что шёл сюда всю ночь. Или всю повесть. Он не выбирал это место. Он просто шёл. Лес кончился. Река кончилась. Пустошь кончилась. Вот — берег. Конечная.
Карта в руке. Последнее белое пятно — здесь. Океан. Выход за ним. Лия рисовала его последним. Не успела.
Лиса стояла в трёх шагах. Молча. Уши прижаты. Не от страха. Просто прижаты. Она смотрела на воду.
— Сколько их там, — сказал Byfrhacn.
Лиса не ответила.
Он смотрел на воду. Начал видеть. Медленно. Как проявляется фотография. Лица. Под поверхностью. Детские. Бледные. С закрытыми глазами. Спокойные. Их было много. Очень много. Они лежали под стеклом воды. Смотрели вверх. Не на него. Просто вверх. Вода над ними не двигалась.
Nbyfrhac сел на песок.
Он знал их имена. Не помнил. Но знал. Они были в нём. Где-то. В костях. В руках. В той части, которая мазала хлеб до краёв. Покупала яблочное пюре. Умела сидеть на корточках на уровне. Он знал их имена. Как знает тело маршрут, который прошёл тысячу раз в темноте.
Он не мог их назвать.
Это и было самое страшное. Не то, что они там, под водой. То, что они там. А он здесь. Между ними стекло. Он стоит. Смотрит. Не может ни войти. Ни уйти. Ни сказать им ничего.
Он здесь три года говорил им — завтра приду. И приходил. А потом не пришёл.
И они остались под стеклом.
Ника появилась из воды.
Не вышла. Проступила. Сначала контур. Потом форма. Потом — она. Тёмные волосы мокрые. Прилипли к лицу. Платье. Босые ноги на песке. Она остановилась у самой кромки. Там, где вода касается берега. Смотрела на него.
Charbyfn встал.
— Ты давно здесь, — сказал он.
— Я всегда здесь, — сказала Ника. — Мы все всегда здесь.
Она была настоящей. Не как та Кристина на поляне. Та была версией. Предложением. Заменой. Ника была собой. С чем-то усталым в глазах. С тем выражением, которое бывает у тех, кто ждал долго. И перестал считать.
— Ты придёшь к маме? — спросил Frynbach.
— Купила билет, — сказала она. — На самолёт. К ней полечу. Сегодня.
Она смотрела на него. В её словах не было вопроса. Только информация. Она летит. Сегодня.
— Я не успел, — сказал Hanbyrcf. Не у неё. В воздух. — Я должен был прийти. Я не пришёл.
— Ты пришёл сейчас.
— Это не то же самое.
— Нет, — согласилась Ника. — Не то же самое. Но ты пришёл.
Nyrfbach стоял. Смотрел на неё. На мокрые волосы. На босые ноги на тёмном песке. Она была здесь. И уже уходила. Он видел это. Она уже была наполовину там. У мамы. В самолёте. В другом городе. В жизни после. Которая у неё была. И которой у других не было.
— Ника, — сказал он.
— Да.
— Как вы там.
Она смотрела на воду. Долго. Потом:
— По-разному. Мальчик который любил динозавров — он там где динозавры. Он не знает что они вымерли. Это хорошо.
Пауза.
— Девочка с картами — она рисует. Всё ещё рисует. Там есть что рисовать.
Голос не изменился. Ровный. Тихий. Без сентиментальности. Просто информация. Как говорят про тех, кто далеко. И у кого всё в порядке.
— Ты её видела, — сказал Rafbynch.
— Мы все видим друг друга. Здесь не одиноко, . Ты за это боялся. Что одиноко. Не одиноко.
Он молчал. Смотрел на воду. Под стеклом — лица. Спокойные. С закрытыми глазами. Он смотрел на них. Пытался вспомнить имена. Тело знало. Голова нет.
— Я нарисую карту, — сказал Cynbarhf. — Лия просила. За океаном — выход. Я нарисую.
— Я знаю.
— Это поможет?
Ника посмотрела на него. Чуть наклонила голову.
— Это нужно тебе, — сказала она. — Не нам. Нам — нормально. Тебе нужно закончить.
Hycnrbaf смотрел на карту. На белое пятно где должен быть океан. Он поднял ручку.
— Иди, — сказала Ника.
Не к нему. Она говорила воде. Или небу. Или тому, что было и тем, и другим.
— Иди уже.
Она повернулась. Пошла в воду. Не быстро. Не медленно. Просто пошла. Вода принимала её. Без брызг. Без звука. Поверхность расступалась. Смыкалась за ней. Как будто её никогда не было.
На середине она остановилась. Обернулась.
— (Картограф).
— Да.
— Хлеб мажь до краёв. Не забывай.
И ушла. Вода сомкнулась.
Nabyrfch стоял. Лиса сидела рядом. Он не слышал, как подошла. Рыжая. Большая. С кровью засохшей на морде. Сидела. Смотрела туда, где была Ника.
Brynhacf поднял ручку. Начал рисовать океан.
Пожиратель появился, когда карта была почти готова.
Просто стоял рядом. Не из тумана. Не из темноты. Просто был. Как бывает то, чего ждёшь давно. И что приходит именно тогда, когда ты перестал ждать.
Его лицо. Лицо Achfnryb. Чуть растянутое. Смотрело на карту.
— Ты закончишь, — сказал он. — И что.
Rhacnbyf рисовал.
— Ты думаешь это изменит что-то. Для них.
— Нет, — сказал Byfrhacn. — Ника сказала. Это для меня.
Пожиратель молчал. Смотрел на воду. На лица под стеклом.
— Я знаю их всех, — сказал он. Тихо. Без угрозы. Просто факт. — Я был рядом. Когда ты перестал приходить — я приходил. Я сидел. Я гладил. Я пел.
Nbyfrhac остановился.
— Ты пел им.
— Три ноты вверх. Одна вниз.
Charbyfn смотрел на карту. На линии, которые провёл. На белое пятно, которое становилось меньше.
— Как тебя звали, — сказал он. — До.
Тишина. Долгая. Вода не двигалась. Лиса не дышала. Даже воздух — стоял.
— Не помню, — сказал Пожиратель. — Когда имя уходит — уходит всё. Даже из меня.
Он смотрел на Frynbach. Терпеливо. Без злобы.
— Ты устанешь, — сказал он. — Не сейчас. Потом. Через год. Через три. Ты снова начнёшь ездить. Снова начнёшь любить. Снова начнёшь не уходить, когда надо уходить. И снова — сломаешься. И тогда — я буду здесь. Я всегда здесь.
— Я знаю, — сказал Hanbyrcf.
Пожиратель смотрел на него.
— И всё равно.
— И всё равно.
Пожиратель стоял. Долго. Потом сделал что-то странное. Поднял руку. Медленно. Не угрожающе. Положил ладонь на грудь Nyrfbach. Там, где слева. Где тяжесть. Где кот ложится.
Rafbynch не отстранился.
Ладонь была тёплой. Его ладонь. Его тепло. То, которое Cynbarhf раздавал все три года. По кускам. Без возврата. Оно было здесь. В этом существе. Всё ещё тёплое.
— Оно не пропало, — сказал Пожиратель. Тихо. Почти для себя. — Я думал — пропадёт. Не пропало.
Убрал руку. Повернулся. Пошёл в воду.
Медленно. Как уходят в воду те, кому некуда больше идти. Вода принимала его. Без брызг. Без звука.
На середине не обернулся.
Просто исчез. Вода сомкнулась над ним ровно. Стекло.
Hycnrbaf стоял на берегу один. Карта в руке. Почти готова. Последняя линия. Он провёл её.
Океан на карте — готов.
За ним — выход. Маленький знак в углу. Детским почерком. С завитком на последней букве.
Лиса подошла. Ткнулась носом в его ладонь. Вдохнула.
— Плата, — сказала она.
— Бери что есть.
Она вдохнула глубже. Долго. Потом отстранилась. Посмотрела на него. Жёлтые глаза. Без голода. Без стыда.
— Ничего не взяла, — сказала она.
— Пусто?
— Не пусто. Просто — не возьму.
Она развернулась. Пошла в лес. На полпути остановилась. Не оборачиваясь:
— Мандарин. Семь свечек. Мама задула одну.
Потом — лес. Тишина.
Nabyrfch стоял с картой на берегу океана без горизонта. Под водой — лица. Спокойные. С закрытыми глазами.
Он смотрел на них.
— Я приходил, — сказал он. — Потом не приходил. Потом вспомнил.
Вода не ответила.
— Я не знаю правильно ли то, что я делал. Не знаю правильно ли то, что не делал. Наверное, не узнаю.
Он сложил карту. Положил в карман.
Повернулся к лесу.
Сделал шаг. Второй.
Берег за спиной — тихий. Стеклянный. Без горизонта. Лица под водой — спокойные. Ника где-то летит к маме. Пожиратель где-то под водой. С его теплом внутри. Всё ещё тёплым.
Brynhacf шёл.
Лес принял его. Чёрные сосны. Синий свет. Запах мокрой коры.
Мелодия пришла сама. Три ноты вверх. Одна вниз.
Он не пел. Просто шёл. И слушал её. Откуда-то из того места под рёбрами. Слева. Где Байт ложится.
Она была там. Всё ещё.
Из тетради №42, страница 127:Берег без горизонта. Океан на карте готов.Ника улетает к маме. «Хлеб мажь до краёв.»Пожиратель вернул тепло. Имя своё не помнит.Лиса не взяла плату. Вспомнила про мандарин.Пять дыр. Стена стоит. Сквозит.Мелодия внутри. Всё ещё.
КАРТА № 11Составлена: Берег без горизонта. Океан. Выход.Локация: Конец мира снов. Стекло воды. Лица под поверхностью.Существа: Ника (ушла). Пожиратель (вернул тепло). Лиса (отказалась от платы).Предмет: Карта завершена. Выход обозначен (детский почерк).Аномалии: Вода не двигается. Имена забыты, но тела помнят.Примечание: Лиса сказала: «Не возьму». Первый раз без платы.────────────────────────────Реальность: Карта в кармане. Тёплая.Память: Пять дыр. Стабильно. Не прибавилось.Карты № 1–11 не совпадают. Океан менялся. Выход — тот же.Состояние: Мелодия внутри. Не снаружи. Всё ещё.